Новый герой рубрики Диаспоры «Лица столицы» – Анатолий Матвийчук. Регалии нашего гостя можно перечислять долго: певец, народный артист Украины, поэт, член Союза писателей Украины, композитор – автор множества известных песен, а еще педагог, журналист, ведущий музыкальных телепрограмм на Украинском телевидении. И это все о нем…
– Анатолий, надеюсь, я ничего не забыла? Давайте, добавляйте!
– С удовольствием! Поскольку я окончил факультет журналистики, все, что касается слова, – это мое. И, в конце концов, я медийный человек: уже больше сорока лет нахожусь в информационном пространстве. И, знаете, на чем поймал себя сейчас? Наверное, впервые за последние тридцать лет мне приходится в публичном пространстве говорить на русском языке, делая это так же качественно, как на украинском – и это для меня неожиданно сложно.
– А вы сознательно на это идете?
– Да. Я рассматриваю русский язык в данном контексте не как политический инструмент, а как средство межнационального общения. Здесь, где живут люди разных национальностей, это крайне важно.
– Спасибо вам огромное за эту мысль. Давайте начнем с самого начала. Как получилось, что вы из журналиста превратились в музыканта?
– В пятнадцать лет я начал писать песни, а из песен родилась поэзия. Я всегда говорю: песенная поэзия и «чистая» поэзия – как братья-близнецы. Похожи, но ведут себя по-разному. Где-то в шестнадцать-семнадцать я понял: либо я серьезно занимаюсь поэтическим творчеством, либо усиливаю то певческое дарование, которое Бог мне дал. Сначала у меня была попытка поступить в эстрадно-цирковое училище. Но добрые люди вовремя отговорили. Я забрал документы и решил поступать в Киевский национальный университет имени Шевченко.
– Поступили?
– С третьего раза. Это было тяжело. Одна педагог, принимавшая у меня экзамен по английскому языку, спустя много лет сказала: «Толя, простите меня, пожалуйста. Я вам тогда поставила тройку. Понимаете, возле других фамилий была пометка, обозначавшая тех, кто должен был поступить. Возле вашей ее – не было». Но я все равно добился своего: окончил университет, работал в СМИ – в газетах, журналах, на радио и телевидении.
– А где была музыка?
– Шла параллельно. Я примерно двенадцать лет был ведущим разных телевизионных программ. И не только ведущим – писал сценарии, скетчи, миниатюры. Формат всегда был музыкально-развлекательный. Тогда же начал писать песни. И работа на ТВ была для меня творческим бартером: я писал сценарии, а в программах звучали мои песни.
– В вашем исполнении?
– Да, но к этому я пришел не сразу. Сначала писал для многих известных исполнителей – и в Украине, и в Союзе. Сотрудничал, например, с Софией Ротару, Назарием Яремчуком, Валерием Леонтьевым, Надеждой Кадышевой, Ириной Понаровской… С Кадышевой, кстати, была интересная история: она впервые запела на украинском языке – с моей подачи…
– А когда случился тот момент, когда вы «ушли отовсюду» и занялись только творчеством?
– Когда почувствовал силу авторских вознаграждений: автор получает отчисления за исполнение песен, за ротацию. Сначала это «копейки», потом они складываются в капитал, на который можно жить. И так я стал свободным независимым творческим человеком. Я писал песни, делал сценарии для больших концертных программ, даже для «Славянского базара». Это был мощный этап. И главное: я перестал зависеть от чужого мнения и чьих-либо директив. Начался творческий рост. Но проблема в том, что талант доводит до определенной планки. Дальше – нужны либо большие деньги меценатов, либо большая политика, где тебя используют как инструмент влияния. И я задумался: идти туда или остаться независимым.
– Вы выбрали независимость?
– Да. Как только я принял это решение, жизнь усложнилась. Люди из политики, большого бизнеса, публичной сферы формируют свои команды. Но я не стремился попасть ни в одну из них.
– Потому что вы неуправляемый?
– Потому что у меня всегда свое мнение, я на своей волне. Я не из тех, кто «продается с потрохами» за преференции. Я был знаком со многими украинскими политиками, общался со всеми президентами Украины, бывал на закрытых мероприятиях. Но придерживался принципа: от политики нужно держаться как от большого костра – не так далеко, чтобы замерзнуть, и не так близко, чтобы не сгореть. Моя творческая жизнь была активной: каждый год выходили песни, участие в фестивалях, дипломы и награды. За тридцать лет – семь больших творческих вечеров во дворце «Украина», полные залы – практически без рекламы. Но я существовал как бы за пределами шоу-бизнеса. Я наблюдал, как зажигаются новые звезды: взлеты, падения, скандалы. И понимал: тщеславие – не главное. Главное – внутренняя целостность, личностный авторитет. Его зарабатывают годами, а потерять можно в одну секунду.
– Вы сохранили себя, свое творчество, но переехав в Америку, по сути, вынуждены начинать с нуля.
– Эмиграция сильно «перепрошивает» человека. Ты должен забыть прежний статус и искать новую нишу. И не всегда понимаешь, где она окажется. Это период переосмысления ценностей, «открывания себя заново». Условия жизни здесь другие – главная проблема, если честно, жилье: найти и оплатить. Все остальное по сравнению с жильем – мелочи.
– Вы как-то рассказывали, что ваше любимое американское правило – знак STOP.
– Да! Я влюблен в этот знак правил дорожного движения. Ты должен остановиться, посмотреть, кто приехал раньше, и пропустить. Это не про «жесткий регламент», это про уважение и внутреннюю культуру. Для меня это философия: не лезь вперед любой ценой, уважай другого, помоги, если можешь. А если не можешь – хотя бы не мешай.
– Вам помогали здесь?
– Очень. Я был в психологической яме: нет контактов, нет опоры. И люди протягивали руку – вещами, поддержкой. Я могу назвать имена: Вадим Дашкевич – человек, который поверил в меня. Благодарен церкви СОЛ, которая меня поддержала. Благодарен Светлане Кравченко, Наталье Багмут, Ивану Лещуку, Олегу Авилову. Это лишь малая часть людей – иначе вся статья будет состоять только из имен. Но я всем благодарен глубоко и искренне.
– Вы нашли работу здесь?
– Да. И знаете, интересно: я попал в школу. Директор Лариса Гончар – замечательный человек – она посмотрела на меня и будто все поняла: кто я, в каком я состоянии. Сейчас я работаю с детьми 10–11 лет. А в свое время преподавал взрослым студентам лет пятнадцать-двадцать, – у меня даже была кафедра – журналистики, шоу-бизнеса, креативных технологий в Университете культуры. А тут – дети. Что с ними делать? Сначала было непросто. Взрослые ведь сами шли за знаниями, а ребенка может привести мама, а он скажет: «Я не хочу». Но я занимаюсь с ними пением, декламацией, основами актерского мастерства. Сначала они баловались или относились критично. А теперь я вижу – они начинают доверять и любить. Мы уже записали несколько песен, участвовали в концертах. Я получаю от работы настоящее наслаждение.
– Вы употребили сильную фразу: «не очаровываться, чтобы не разочаровываться».
– Да. Я не программировал себя, не рисовал «высоких кабинетов». Я решил: буду принимать то, что подарит мне жизнь и люди. Америка для меня – своеобразный эксперимент, новый опыт.
– И в чем ваша миссия здесь?
– Мое искусство – искусство ходить по воде. То есть стоять на ногах, несмотря ни на что, и верить, что все, что ты делаешь, нужно другим. Не обязательно конкретный ребенок станет певцом. Важно, что он получит инструмент самовыражения, «громоотвод» для жизненных невзгод, раскроет свой потенциал. Моя миссия – объединять людей, которые хотят найти в себе дополнительный ресурс.
– И все-таки – зачем вы приехали в Америку? В Украине у вас была налаженная жизнь, круг общения…
– Сложный вопрос. Во-первых, любознательность: я не люблю застой, люблю открывать новое. Я много ездил, выступал в Европе. Первая поездка в Канаду была в 1991 году – там праздновали 100-летие украинских поселенцев. Во-вторых, дочь от первого брака много лет назад оказалась здесь: ее семья живет в Далласе. Дочь помогла мне оказаться в Америке.
– Тогда почему не Даллас?
– Нам с женой Любой там было скучно: мало общения, мало славянских комьюнити, нет понятной для меня медийной жизни. Мы ведь люди активные! А здесь – есть радио, есть живые программы, есть церкви, есть разговоры, есть интересные личности. Я еду с работы и слушаю передачи – про культуру, религию, жизнь. Для меня это прекрасное заполнение пробелов и моменты интеграции в местную жизнь. Здесь практически другой менталитет: значительно меньше агрессии и межличностных конфликтов, как мне кажется.
– А американская мечта у вас есть?
– Да. Маленькая мечта – овладеть, наконец, английским. Большая мечта – создать Славянскую академию искусств. Чтобы в ней были разные направления: история культуры, драматическое искусство, вокал, танец, журналистика. Журналистика, кстати, – это ведь тоже дар: задать правильный вопрос, выстроить коммуникацию и научиться слушать. Я встречал журналистов, которые задавали вопрос, а потом «выключались» – им уже не интересно, что ты отвечаешь. Такая Академия искусств была бы здесь крайне нужна. И мой многолетний педагогический опыт и, кстати, имеющееся научное звание этому способствуют! Да, интеграция в американское общество – наиболее важна, но ведь одно другому не мешает. Если ребенок психологически раскрепощен, внутренне богат, умеет выразить себя – он реализуется в любой профессии.
– А ностальгия у вас есть?
– Конечно. По родной культуре, кино, поэзии, песне. Перефразируя Евгения Евтушенко, скажу – я с Украиной не расстался – был Украиной – и остался. Чтобы любить Украину, мне не нужно ненавидеть другие народы. А про Америку… Есть пословица, «рыба ищет, где глубже». И я не вижу в ней ничего плохого, потому что для меня это не о материальном: человек вправе позволить себе искать, где ему лучше… Я хочу быть человеком мира: периодически приезжать в Украину, но приезжать не «изгнанником» и не «беглецом», а с багажом нового опыта и творческих артефактов. Я видел многих, кто возвращался домой через год-два-три. Причины редко называют: кто-то не интегрировался, кто-то потерпел фиаско, кто-то не смог отпустить родной дом. Я считаю: нельзя сжигать мосты, нельзя плевать в колодец. Даже если с чем-то не согласен и не можешь молчать – говори все так, чтобы не разжигать ненависть. Я против того, чтобы кого-то «судить» или обсуждать. Это унижает человека. Где бы ты ни был – твое сердце и твоя душа остаются с тобой. А это самое главное – не потерять себя!
