Новые герои постоянной рубрики Диаспоры «Лица столицы» – Константин и Лариса Бондарь, супружеская пара, отметившая 60-летие брака.
– Вы уникальные люди, потому что умудрились прожить вместе друг с другом целых 60 лет. Как можно друг друга терпеть 60 лет? Как можно не ссориться и не ругаться? Или вы ссоритесь и ругаетесь?
Лариса: – Ну, нам удалось, как видите, получилось. Несмотря ни на что, да. Преодолевали все с Божьей помощью, только так. Если ссорились, вечером мирились, потому что надо же вечером пред Богом встать. А как мы, поссорившись? Нет, обнялись, поцеловались, попросили прощения и тогда дальше продолжается жизнь.
– Давайте начнем, вернемся больше чем на 60 лет назад. Где вы познакомились? Как вы поняли, что вы именно те самые, кто друг без друга не может?
Константин: – Это было 61 год назад, я жил в Ростовской области, город Шахты. В тот год меня пригласили, чтобы я съездил в Сухуми познакомиться с христианской молодежью и церковью, которая там есть. Лариса была дочерью пастора церкви в Сухуми, так мы и познакомились.
Лариса: – Можно сказать правду? Я на него и внимания не обратила. Он старше меня на пять лет, а мне казалось, что и того больше. Он абсолютно не заинтересовал меня, нисколько. Ну, начал он заниматься с молодежью, организатор был хороший, веселый такой. И играл на балалайке.
– На балалайке играл? Вот это козырь!
– Да! А мой папа – на мандолинке. Вот они так понравились друг другу. И папа стал мне намекать. Я говорю, папа, ты что? Он же старик! Ну, в моих глазах, мне было тогда 19. Нет, ни в коем случае! Он говорит, ты открой глаза, посмотри, какой он хороший! Я говорю, вы там спелись, вот и играете!
– Лариса, а вы помните тот момент, когда все определилось?
– Ну, конечно, помню. Он говорит, что боялся отказа, именно его он сразу и получил, потому что я сказала: слушай, я вообще тебя не знаю, какой ты. Он начал про себя рассказывать – как и что. Я говорю, подожди, я даже и замуж не собираюсь еще, хочу погулять, как говорится. Я не готова никак. Он говорит, ну, я буду ждать. И ждал. Постоянно старался быть рядом со мной, если кто из ребят приближался, он тут как тут и делал вид, что я тут не просто так стою. Мне все стали говорить, ну, посмотри, человек прямо сохнет. Я говорю, это его проблемы, пусть сохнет. А еще он все время говорил, что я так тебя люблю, что моей любви хватит на двоих. Я вижу, что любит, и вижу, что хороший, но мое сердце как-то не совсем было расположено, и я помню в один вечер я так плакала и сказала, Господи, скажи, должно это быть или нет? Я всегда соглашусь. Легла спать, и мне кажется, что я даже и не спала, и вдруг я слышу такой голос: «Так должно быть!» Я побежала в спальню к папе с мамой, потому что мой папа так всегда любил шутить. Прибежала, спят папа с мамой, я маму тормошу. Она говорит: что случилось? Я спрашиваю: папа что-то говорил? Она отвечает: да ты что, он спит, посмотри, храпит. Я тогда подумала, ну, значит, это знак. Я стала смотреть на него внимательнее, прислушиваться и сердце мое растаяло.
– Лариса, никогда не пожалели о своем выборе?
– Нет, не пожалела.
– Хватило его любви на двоих или свою воспитали?
– Ну, конечно, и моя была любовь. И вместе все получилось чудесно и хорошо.
– Константин, а вы представьте, что Лариса сейчас не слышит. Вы никогда не жалели, что так настаивали?
Константин: – Ну, даже мысли не может быть, потому что все-таки я уже в возрасте находился, и надо было принимать радикальные решения.
– Вы создали семью, стали появляться дети, и когда вы приняли решение, что надо собирать их всех и ехать в Америку?
Лариса: – Это решение созрело не сразу. Но по всем обстоятельствам, которые были в то время, не было возможности нашим детям учиться дальше. И мы постоянно думали – вот бы уехать куда-то, где не будут притеснять, чтобы наши дети могли выбрать дорогу сами себе, что им нравится, где они могут учиться и жить дальше. В то время как раз открылась граница. И тут вызывают Костю в ОВИР и говорят, что нам Москва дала распоряжение просто вас выдворить, раз вы желаете, давайте, мотайте. Лишили нас гражданства. Мы за это еще заплатили.
– Почему?
– Как они сказали, потому что родина нас бесплатно в школе учила.
– И вы приехали прямо сразу в Калифорнию?
– Нет, сначала в Балтимор, там у нас спонсор был. И жили там семь месяцев.
– В тот момент уже все четверо детей у вас были?
– Да. Старшая Галя была. Ей было 20. А Андрею 19, потом Паша. И младшей Леночке, которой сейчас 43 года, было 5,5.
– В то время какая-то помощь была?
– Наши спонсоры не разрешили нам быть на велфере. А организаций, которые бы могли помочь, тогда особо не было. Кстати, наша семья была первая в IRC, когда стали помогать религиозным беженцам.
– А родственники все в СССР остались?
– Да, мы всех оставили. Папу с мамой. Когда мы уезжали, все рыдали: куда вы едете? Куда? Предатели!
– Предатели?
– Да. Вы родину предаете. Ну а потом эти предатели всех их вызывали сюда. Сначала брат мой приехал, потом родители, потом пошло сплошным потоком.
– Константин, вы привезли семью на абсолютно неизведанную территорию. Новая страна, чужой язык. Как вы выживали? Как вы кормили семью?
Константин: – Я сразу пошел на работу. Готовил машины к покраске. А потом случилось такое, что пригласили нас в Калифорнию буквально на два дня в гости. Мы приехали сюда, посмотрели, как и что… И нам понравилось, что в Калифорнии есть возможность зацепиться за Америку капитально. И взаимоотношения какие-то человеческие были. Человек, который нас встретил, Михаил Локтев. Мы с ним сдружились. Он был из организации «Слово к России». У них была газета «Наши дни» и я стал там корректором. Это уже была моя первая официальная работа здесь.
– А вы, Лариса, чем занимались?
Лариса: – Я не пошла работать, потому что дочка маленькая была. А старшие сразу поступили учиться. Их постоянно нужно было кормить. Заскочат между учебой и работой: «Мам, бегом! Минутка у меня, минутка только!» А потом я уже работала по уходу за нашими с Костей мамами. Моя мама сто лет прожила. Она родилась 20 августа 1923 года и ушла 20 августа 2023 года – день в день! Когда мы ей говорили, мама, скоро будет тебе сто. Она говорила, ой, откуда они взялись сто лет-то?
– Какая потрясающая история. А у вас в семье много долгожителей?
– Да, в маминой семье почти все долгожители. Ее папа сто лет прожил. А другие до девяноста с чем-то дотягивали.
– Ну, то есть вам тоже положено не меньше?
– Не хотелось бы.
– Почему? От Константина побыстрее сбежать все-таки хотите?
– Ну, если Бог даст жить, то, конечно, буду жить. Но не хотелось бы удручать детей, быть им в тягость. Наши мамочки обе лежали уже парализованные. И я знаю, что такое лежать долго. Я всегда молюсь, Господи, не дай мне такую смерть, чтобы лежала долго. Сколько позволишь, конечно, буду жить. И мне нравится жить, потому что я имею действительно прекрасных детей, прекрасных внуков, они еще и красивые.
– Ваши замечательные дети все достигли своей американской мечты, а у вас получилось это сделать?
Лариса: – Мы мечтали жить свободно, дать возможность детям получить образование, все у нас есть, можно сказать, через край. Все наши дети получили музыкальное образование. Я бегала в школу с ними после работы, после ночной смены бегу, сижу, сплю, а они играют на пиано, на скрипке, мальчик у нас младший играл. Мне кажется, что если родители прикладывают все силы, если не говорят, вот, я на тебя работаю, я тебе деньги зарабатываю, не мешай, я пошла спать, а едут после ночной смены и везут ребенка на те или другие занятия, вот тогда все получается. Потому что без труда не возьмешь и рыбку из пруда. Это абсолютно точно.
– Недавно вы отметили 60-летие брака, а 70 лет совместной жизни где будете отмечать?
Лариса: – Ну, вряд ли, 70 – это очень много. Для кого? Для всех, наверное. Скажут, хватит вам уже.
Константин: – Сколько Бог даст, столько будет здорово. Больше, чем позволит Господь, мы ни на шаг не сдвинемся.
Лариса: – А вы придете на свадьбу нашу?
– Я даже обижусь, если вы не позовете.
Лариса: – Ну, тогда будем жить с Божьей помощью.
